Прабабушка

[lastochkanata]

Прабабушку мою Анну Герасимовну Берестову я видела всего два раза. Первый раз совсем ещё в детстве, она тогда гостила в Рубцовске в доме моей бабушки. Казалась она мне тогда какой-то чужой и даже немного неприветливой. Она никогда не старалась как-то приласкать меня, пообщаться со мной , как со своей правнучкой. Держалась стороной. Может быть, воспринимала нас, бегающих и галдящих девчонок, как помеху своему покою? А может быть, стеснялась и обижалась, что мы сами не подходим к ней? Я не знаю.

Однажды я закрыла прабабушку в огороде. В огород из двора вела глухая высокая деревянная калитка, которая запиралась накидывающимся на гнутую петлю толстым железным крючком, звонко гремящим крючком. Я не увидела, что прабабушка была в огороде и закрыла дверь на крючок. Для нас, детей, такая мелочь была вовсе не помехой - ну, подумаешь, не велика беда, лезь через забор! На худой конец, перелезь через совсем невысокий огородный штакетник в пыльные кусты сирени, на дорогу, обойди дом и войди в калитку! А тут прабабушка... Она, видимо, стала стучаться и звать на помощь, бабушка её услышала, выпустила и отругала меня за невнимательность. Казалось бы - вот пустяк. Но этот случай почему-то запал мне в душу. Я тогда вдруг ясно поняла, как беспомощны могут быть взрослые люди. Отчаянно так, тоскливо беспомощны, до саднящей боли где-то на дне души. Они, такие мудрые, взрослые, такие сильные и опытные, требующие уважения, авторитета и послушания - вдруг могут оказаться закрытыми в огороде и даже наверняка умрут там, если их не выпустить. Это так ужасно! И так ужасно, что от меня зависела, получается, чья-то жизнь!

В другой раз я видела прабабушку уже в Барнауле, где она жила у своей второй дочери. Я была постарше, а прабабушка - ещё более старенькой. Она сидела днями у себя на кровати, никогда не выходя на улицу, и время от времени доставала свой ингалятор - "пшикалку", чтобы принять дозу бронхолитика. Прабабушка была астматиком. И она по-прежнему оставалась для меня чужой.

Прожила она больше 90 лет, пережила двоих своих сыновей. Один погиб на тепловозе совсем молодым, похоронен в казахском Чимкенте на взгорье, с которого открывается красивая панорама лежащего внизу в дымке города. Что было с другим, я не знаю. Прабабушки давно нет, а я только сейчас восстанавливаю для себя историю её жизни по фотографиям. И составляю как пазл обрывки разрозненных воспоминаний. Только сейчас я начинаю понимать, что она была у меня - моя прабабушка. И что если бы не она, не было бы моей бабушки, моего папы. Да, в общем-то, и меня бы не было на свете.

Comments

[p47klin.livejournal.com]

Все мои пра умерли задолго до моего появления на этот свет. Самый молодой прадед умер за год до меня, зато он отдал пол своего дома молодой семье моего отца с моей матерью. Поженились, а жить негде. Деду жалко стало внука, приютил. Вскоре умер. Пару лет назад определил его могилу, думаю памятник ставить.

[lastochkanata.livejournal.com]

А я только эту прабабушку знала. Остальные или умерли раньше, или жили далеко и я их не знала....

[Владимир Малкин (from livejournal.com)]

Может быть прабабушка жива
И живет она на этом свете,
Пока память теплится едва
В тех живущих, кто ей пра-пра-дети

[Владимир Малкин (from livejournal.com)]

А на снимке прабабушке лет пятьдесят,
Под косынкой темнеющий волос,
Только горечью полон нестарческий взгляд
И навеки исчезнувший голос

[lastochkanata.livejournal.com]

На фото она помоложе, конечно. Я ее помню более старенькой.

[michail-82.livejournal.com]

Я помню своих прабабушек-по материнской линии и по отцовской.Одна умерла в 1993,другая в 97. Это были еще люди царской россии-рождены до революции.А вот прадеды умерли давно

[lastochkanata.livejournal.com]

////Это были еще люди царской россии-рождены до революции

Кстати, да. Я об этом как-то даже и не подумала. Эх, расспросить бы их сейчас о революции, о тех временах.... Но уже не расспросишь.

[Владимир Малкин (from livejournal.com)]

Ну это вряд ли - распростись прабабушку о революции. Натиной маме лет шестьдесят, бабушке лет восемьдесят. Значит прабабушке было бы сегодня сто, то есть она ровесница революции и дитя советской эпохи. На фото ей пятьдесят, то-есть шёл 67 год, война давно закончилась, голодные времена прошли, карточки отменили. Отчего же так грустна бабушка? Ведь тогда все было хорошо - сыны и дочка рядом, живи и радуйся. Отчего же столько грусти во взгляде? Может быть это и правда наша национальная черта?

[lastochkanata.livejournal.com]

Неправильные ваши рассуждения)). Бабушка была с 1923 года, она умерла примерно в 2005-м в возрасте 82 лет. Прабабушка, соответственно, должна была быть как минимум с 1905 года. Её муж, убитый в войну под Ленинградом на Синявинских высотах, был с 1905-го (но о его гибели мы узнали совсем недавно, видимо, он считался пропавшим без вести, прабабушка всю жизнь его ждала). На фото примерно год 1963-64-й, и прабабушке на этом фото лет шестьдесят. Сын её погиб в 1961-м, то есть где-то парой лет раньше. Может, поэтому она и грустна. А может, и черта такая, кто теперь знает?....

[Владимир Малкин (from livejournal.com)]

Да, в двенадцать лет бабушка могла помнить о революции, а могла и не помнить. Много мы помним о революции 91 года - пришли с работы, а на дворе капитализм. А для тяжелой грусти у бабушки есть причины - потерять молодого сына, всю жизнь ждать погибшего на войне мужа, тянуть самой троих детей. А много ли мы вообще видели у нас веселых стариков?!